Историческую память можно не только извращать, но и ловко использовать в политических целях.
Какое событие наиболее доказало верность политического курса Сталина, исполнившего, отчасти по-своему, ленинские заветы? Победа в Великой Отечественной войне. Это бесспорное доказательство, достоверный исторический факт.
Но вот парадокс: в буржуазной антисоветской РФ торжественно празднуют великую Победу в Отечественной войне советского народа под руководством И.В. Сталина. И одновременно не прекращаются потоки лжи, изливаемые СМРАП на советскую эпоху и конечно же на Сталина, Ленина, большевиков и коммунистов.
Неудивительно, что на Западе к нам и нашей величайшей победе отношение презрительное или снисходительное: мол, была Победа ваша, стала наша; прежде мы вас опасались, с вами считались, а то и заискивали перед вами, а теперь вы у нас под пятой.
Некогда благодаря успешной, поистине мудрой внешней политике Ленина, а затем Сталина мы не только стали сверхдержавой, уважаемой во всем мире, но и создали дружественное окружение стран народной демократии. Теперь из некоторых бывших союзных республик раздаются проклятия в адрес «русских оккупантов». Хотя еще недавно тот же эстонец или латыш были полноправными гражданами великой державы. Где это видано, чтобы оккупанты имели не больше (а то и поменьше) прав и возможностей, чем «порабощенные» народы? Не секрет, что нацисты считали прибалтов недочеловеками. Неужели им теперь хочется оправдать эту гнусную характеристику?
Ну а какое же отношение к нашей 60-летней давности победе в современной Германии? Коротко сказать — разное. Однако общую, отчасти официальную установку раскрывает полученное мной в мае 2004 года письмо из Кельна. Автор, ссылаясь на мою (соавтор С.С. Миронов) книгу «Дипломатические поединки Сталина», пишет: «Я ждал эту книгу 50 лет! Мой отец, которому в этом году исполнилось 90 лет, ветеран Великой Отечественной войны (с июня 1941-го по декабрь 1946-го прошел дорогами войны от рядового до капитана) просит передать низкий поклон авторам...
Приближается Великий юбилей — 60-летие нашей Победы. Магазины Европы завалены макулатурой о войне (альбомы, мемуары, энциклопедии, хорошо иллюстрированные фотографиями сгоревших танков и колоннами наших пленных); они доказывают, что войну выиграли западные "союзники", открыв второй фронт и разгромив в Африке 80-тысячный (!) корпус Роммеля. А куда исчезли тысячи "тигров", "пантер", "фердинандов", "мес-сершмитов" и миллионы немецких солдат и офицеров в 1945-м??? Кто победил во Второй мировой войне? Кто "заплатил" за Победу? Что такое "блокада"? Немцы считают, что "блокада" была в 1948 году в Западном Берлине, но почему-то стесняются показывать свое "Пискаревское кладбище". Где они, умершие от голода в Западном Берлине?
Мой отец участвовал в великих битвах: в 1941 -м их 104-я стрелковая дивизия не пустила немецкий горнострелковый корпус " Норвегия" в Мурманск, а в 1944-м выгнала захватчиков-террористов с родной земли. Осенью 1944-го их дивизию перебросили на 3-й Украинский фронт, под Яссы. В январе 1945 г. под Будапештом 104-я и многие другие попали в окружение: это была вторая «Курская битва»: остановив наступление в Арденнах (Бельгия), немцы перебросили 6-ю танковую армию СС за 1000 км по всей Европе (где же были хваленые бомбардировщики союзников? Бомбили беззащитные Лейпциг и Дрезден!) и ударили по 3-му Украинскому фронту. Окружение было недолгим — на помощь пришел 2-й Украинский, и они вместе освободили Будапешт и Вену. В Вене — памятник нашим с боевым приказом Сталина!..
Моя семья в 1996 г. была вынуждена эмигрировать из-за голода, переживаний за детей, ухудшения жизни. Я работал начальником производства завода железобетонных изделий, моя жена — старший инженер П КТБ, дети учились в школе. Наша беда — мы не умели воровать и спекулировать! Поэтому был только один выход — продали квартиру наших родителей (ничего больше у нас продавать не было), купили билеты на самолет и улетели: это тоже история России!
Я никогда и ничего не боялся: играл в регби на первенство Москвы, служил в СА в РЭЗМ-3 Прикарпатского ВО (сам напросился в боевую часть — как отец). Мой отец строил Останкинскую телебашню и лауреат: это тоже история России!
С уважением, Александр Тринкер. Кельн, Германия».
Так пишет русский советский патриот, немец по национальности. Он приводит не мнения, а факты.
Под лозунгом «ускорение, перестройка, гласность» свершилась у нас буржуазная революция. Перезревшая номенклатура и массы жаждущих капиталистического рая подорвали моральный дух народа и экономику страны, получили доступ к национальным богатствам, расчленили СССР. Появились миллионы безработных и нищих, беженцев, десятки миллионов бедняков.
С тех пор повторяется: лишь бы не было гражданской войны, довольно с нас потрясений! А гражданская война не прекращается все эти годы. Она происходит в скрытой форме, подобно коварной смертельной болезни, а потому для многих прозрение, осознание опасности может прийти слишком поздно.
Симптомы этого недуга нетрудно распознать. Катастрофически растет смертность и вымирает население. Средняя продолжительность жизни мужчин не дотягивает до пенсионного возраста. Не утихают кровавые конфликты на Северном Кавказе. Убийства и самоубийства, эпидемия СПИДа и проституция, наркомания и алкоголизм...
Корысть, стремление к наживе — основа нынешней идеологии — разъединяют людей и разлагают общество. Утрачиваются понятия: Родина, патриотизм, справедливость, равенство, братство. Разгул коррупции, расхищение национального достояния, падение нравов. Продажность и преступность как принципы жизни. Такая гнилая социальная структура обречена на полное вырождение.
В нынешней гражданской войне, и это надо ясно сознавать, народ оказался побежденным, униженным, подавленным, загнанным в экономическое и духовное стойло. Теперь его убеждают, будто так было при советской власти. Тем самым хозяева и их лакеи оправдывают свои интересы и предательство интересов России.

Заранее признаю свое предвзятое отношение к личностям Ленина, Троцкого, Сталина, Зиновьева, Тухачевского.
Объясняется это прежде всего тем, что приходится преодолевать ложные стереотипы, внедренные за последние десятилетия в сознание миллионов людей. Невольно допускаешь полемические преувеличения. Другая причина: стараюсь выяснить правду. Никакой другой цели у меня нет. В наше время моя позиция не приносит ни выгод, ни славы. Напротив, грозит неприятностями. Третья причина: я люблю свою Родину, свою культуру, свой народ — тех «старых русских», к которым принадлежу сам.
В отличие от многих нынешних антисоветчиков, я не был членом КПСС, не имел никаких привилегий, работал много лет геологом. Бывали у меня неприятные столкновения с цензурой (как автора «Нового мира» и концепции техносферы). Отец мой воевал в Гражданскую и Отечественную войны, отчим — в Финскую и Отечественную.
Отношение к советской власти, недостатки которой я видел всегда, у меня изменилось в период горбачевской перестройки. Я понимал: взят курс на уничтожение народовластия даже в тех ограниченных пределах, которые были в СССР, на развал великой России. К сожалению, мои прогнозы сбылись.
...Писать эту книгу было нелегко прежде всего из-за обилия разнообразных материалов и противоречивых мнений. Помимо всего прочего, трудно судить о взаимоотношениях главных героев между собой и со многими государственными, общественными, военными деятелями, об их замыслах, дружеских или враждебных отношениях, тайных сговорах. Возможно, следовало бы основательно поработать в архивах, пытаясь обнаружить какие-нибудь сенсационные материалы.
Впрочем, как я убежден, известных фактов достаточно много, а среди них имеются наиболее существенные. Поэтому задача не выискивать мелочи и не закапываться в них, а пытаться осмыслить то, что более или менее хорошо известно. Делать это я старался, исходя не из частностей, а из самых общих представлений об эволюции цивилизации, истории России—СССР.
Мои научные и философские интересы мало связаны со сталинской эпохой. Не стал бы я тратить время и силы на изучение соответствующих материалов и написания книг, посвященных этой теме и, в частности, на данную нелегкую для меня работу, если бы не одно обстоятельство.
Россия находится на грани полной деградации, развала, русский народ деморализован и духовно подавлен, русская культура (включая науку) переходит в разряд «бывших», прекративших свое развитие. Гибель еще недавно великой цивилизации — катастрофа. Для меня это личная трагедия, ибо речь идет о моей Родине.

Переубеждать убежденных врагов Советского Союза, русского народа и коммунистической идеи я не собираюсь. Объясню свою позицию тем, кого это интересует.
С именем Сталина неразрывно связана история СССР, его великие победы в труде и сражениях. И не в данном выдающемся государственном и общественном деятеле корень проблемы. Его имя — символ, лишь косвенно связанный с конкретной личностью. У этого человека были свои достоинства и недостатки. Но не только пропаганда, а прежде всего народная молва, вера и чаяния сотен миллионов людей во всем мире вознесли его на вершину славы. Ему суждено было стать ключевой фигурой XX века.
Он 30 лет руководил государством нового типа, которое в одиночку противостояло ведущим капиталистическим державам. Оно выигрывало мирное соревнование с ними практически по всем показателям развития: экономического, социального, нравственного, культурного, научно-технического. Это стало залогом победы в Великой Отечественной войне.
Рост могущества и авторитета Советского Союза сопровождался восхвалением Сталина. Крупный русский мыслитель и публицист В. В. Кожинов, который был даже отчасти антисталинистом, справедливо отмечал: «Культ Сталина — это вовсе не результат интриг его самого и каких-то сомнительных подручных; это было в прямом смысле слова всемирное явление, которое осуществлялось повсюду от Мадрида до Шанхая». Даже враг народовластия Черчилль вынужден был признавать высочайшие достоинства советского вождя.
В те времена многомиллионные массы людей нельзя было оболванить, как это делается теперь. Для народов мира он был не сверхчеловеком или полубогом; он и сам был предельно прост, общаясь с самыми разными людьми или выступая перед аудиторией. Его имя прославляли как символ СССР, советского (русского) народа. Он и сам это прекрасно сознавал, так и не ответив Лиону Фейхтвангеру на вопрос о культе личности Сталина.
Антисоветская пропаганда замусорила мозги миллионам россиян. Загрязнение духовной среды в наше время стало самым страшным бедствием, разрушившим связь поколений и породившим массовое отторжение тысячелетних нравственных идеалов.
Эпоха сталинского правления была для нашего народа героической. В такие времена свершаются великие деяния, а они сопряжены с немалыми жертвами. Так было во все века в разных странах. И дело, конечно, не столько в правителе, сколько в народе, вернее сказать, в его единстве и самоотверженности.
Героизм не бывает подневольным, трудовой подъем — по приказу начальства. Массовый террор никогда и нигде не укреплял государство. Тем, кто убежден в обратном, хорошо известны, по-видимому, страх и лицемерие, но неведома суть подвига, энтузиазма и любви к Родине.
...Существует два принципиально разных вида террора. В одном случае он направлен на привилегированные, криминальные и антинародные группировки, в другом — на народ.
За последние два-три столетия в капиталистических странах особенно успешно используется экономический тоталитаризм. Он действует значительно эффективней, чем политический (который существовал в СССР и практически не затрагивал интересов народных масс). Еще губительней духовный тоталитаризм. Современные психотехнологии позволяют осуществлять террор особого рода, калечащий души людей.
Как мы уже говорили, элементы духовного гнета в той или иной степени присутствуют в любом обществе. Были они и в Советском Союзе. Вопрос лишь в том, во имя чего осуществляется диктат. Или ради сохранения власти и материального процветания меньшинства, порой ничтожного (и количественно, и качественно). Или ради процветания страны и улучшения жизни народа.
Безусловно, далеко не все наши воины шли умирать за официальную идеологию, не все любили Сталина. Но все они сражались и умирали за Родину. А она у них была одна — Советская Россия. Другой у них не было! У тех, кто ценой собственной крови добывал Победу, даже родившихся в царское время и служивших в царской армии, родиной был Советский Союз.

Утверждение об исторической правде деяний Сталина и его соратников, в частности Маленкова, может показаться преувеличением или чудовищной попыткой оправдать создание тоталитарного государства, подавляющего свободу личности и попирающего права человека.
Но следует учесть одно важное обстоятельство. Государственные режимы, если они устойчивы (а Сталин 30 лет находился на вершине власти), складываются под воздействием многих объективных факторов и отражают преимущественно характер народа, а не личные качества вождя.
При Ленине, Сталине, Маленкове и позже наше государство было тоталитарным. Это понятие (согласно словарю иностранных слов) означает политический строй, при котором власть сосредоточена в руках какой-либо одной партии (группы), уничтожившей демократические свободы и возможность возникновения оппозиции, полностью подчиняющей жизнь общества своим интересам и сохраняющей свою власть насилием, террором, духовным порабощением народа. Над всеми сферами жизни общества осуществляется полный контроль со стороны государственной власти.
Но ведь политический строй еще не тождественен общественному устройству. Господство одной-единственной партии означает, безусловно, тоталитарность режима. Но разве обязательно при этом осуществляется экономическое и духовное порабощение народа в пользу каких-либо привилегированных групп?
Например, в США многопартийность — это чистая демагогия, а не демократия. Во-первых, реально борьба за власть идет только между двумя партиями. Во-вторых, обе они являются двумя крылами правящей в стране буржуазной элиты. В-третьих, в руках или под контролем этой элиты находятся практически все финансы и СМИ.
Гражданам внушают, будто у них есть выбор. Однако пространство политического выбора у них предельно узкое. В сущности, это две параллельные дорожки с незначительными различиями. Обман примитивный, давно разоблаченный, но действующий безотказно. За иллюзию выбора граждане платят колоссальные деньги. А результат предсказуем: победит партия, осуществляющая тоталитарную буржуазную демократию.
В XX веке сформировались три типа тоталитарных обществ: тоталитарная буржуазная демократия капиталистического типа (США, Великобритания и т.п.); тоталитарная народная демократия социалистического типа (СССР, КНР и др.); тоталитарная военизированная фашистская демократия национал-социалистического типа по названию и национал-капиталистическая по сути (фашистские Италия, Германия, Япония и пр.).
К сожалению, даже в теоретических трудах отсутствует подобное четкое разделение, схематично отражающее характерные черты общественного устройства. А политизированные идеологи постарались предельно запутать проблему. Теперь даже у нас господство частного капитала стали называть торжеством подлинной свободы и демократии. Хотя на примере развала СССР в результате победы буржуазной революции совершенно очевидно, какое это несчастье для народа и его культуры.

Простейший и безотказный прием — повторять как бы между прочим, как само собой разумеющееся определенное утверждение. Или сослаться на какой-либо авторитет. И тогда в сознании людей имена Иван Грозный или Сталин тотчас порождают внедренный штамп: «тиран и коварный злодей», тридцать седьмой год — «массовые репрессии», Советский Союз — «тоталитарное государство», ГУЛАГ — «система концлагерей для инакомыслящих», советский человек — «тупой совок», русский — «оккупант», а теперь еще и «фашист»...
Эти лживые определения от постоянных повторений внедряются в подсознание как неоспоримые истины. Надо лишь действовать напористо и нагло. Ссылаться на слухи, воспользоваться единичными и ничего по сути дела не доказывающими фактами, фальсифицировать некоторые материалы, не гнушаться клеветой.
Так, говоря о репрессиях, называют несусветные цифры в десятки миллионов. Утверждают, будто Сталин был параноиком, а его соратники, тупицами и трусами. В частности, Георгия Маленкова уличают в беспробудном пьянстве. Намекают, будто в ГУЛАГе находились лишь невинные жертвы режима и политзаключенные...
Не стану продолжать. Всю эту ложь и клевету много раз буквально убийственно критиковали В. Кожинов, С. Кара-Мурза, В. Бушин и немало других знающих и честных людей. Разве что-нибудь от этого изменилось? Грязную ложь на Советский Союз, советский народ, Сталина продолжают изливать отечественные СМРАП, как ни в чем не бывало, изобильно и непрерывно. А чистая правда поступает ничтожными порциями, обычно попадая к тем людям, которые и без того ее знают или о ней догадываются.
Как же обманывают массы людей, если в реальности все иначе? Для этого надо прежде всего представить историю так, как требуется определенной категории влиятельных деятелей. Я называю их государственными или, шире, глобальными владыками (ГВ). В их распоряжении находятся рычаги власти, включая СМРАП.
Почему требуется искажать именно историю? Потому что представления о прошлом формируют картину настоящего.
Вот, например, в интервью по ТВ 9 июня 2001 года Солженицын с возмущением признал, что Ельцин, Гайдар и Чубайс ограбили народ. А затем обмолвился: мол, в советское время расстреливали миллионы людей. Такой вот лукавый прием: подумайте, что для вас лучше, быть ограбленным или убитым? Но известно, что с 1921 по 1953 год у нас было расстреляно около 800 тыс. человек. Среди них были, в частности, военные преступники.
Какое впечатление сложится у вас о человеке, про которого будут рассказывать только одно плохое, преувеличивая его недостатки, смакуя ошибки, выдумывая пороки, сообщая сомнительные сведения как достоверные. Естественно, самое негативное.
Помнится, великая балерина Галина Уланова незадолго до смерти призналась, что даже не подозревала, в каком ужасном обществе жила при Сталине. Другая великая балерина Майя Плисецкая утверждала, что ее третировала советская власть, как бы позабыв, что еще в 1959 году она стала народной артисткой СССР, а в 1985 году была удостоена почетного звания Героя Социалистического Труда.
(Кстати, лишь одну эту награду носил Сталин, которого выставляют маниакальным честолюбцем. Он возражал против присвоения ему звания Героя Советского Союза, ссылаясь на то, что не совершал геройского подвига. Но разве не беспримерным его подвигом в эти годы было руководство не только действующей армией, но и тылом, партизанским движением и разведкой, внешней и внутренней политикой страны?!)
За последние 20 лет принадлежность к семье бывших узников ГУЛАГа или к «репрессированным народам» стала преподноситься как своеобразная «родовитость», печать избранности. И никто толком не пояснит, а за что же были высланы представители некоторых национальностей? А сколько в действительности их погибло из-за, как говорят, невыносимых условий? И почему они не вымерли, как ныне вымирает русский народ? И разве в ГУЛАГе пребывали одни невинные? Я, например, был знаком с десятком «лагерников», и никто из них не был без вины виноватым. Конечно, были исключения, но только не в массовых масштабах.
...Слишком легко, просто и комфортно быть гуманистом, борцом за права человека и критиком тоталитарного режима. При этом прошлое представляется, обсуждается и осуждается с позиций современных. Напрочь отбрасывается исторический метод, предполагающий предельно точное воссоздание обстановки определенного периода и стремление исходить из нее, как бы переносясь в ту пору, ставя себя на место людей той эпохи.
Еще в 1915 году поэт-философ Максимилиан Волошин писал:
Ложь заволакивает мозг Тягучей дремой хлороформа, И зыбкой полуправды форма Течет и лепится, как воск.
И гнилостной пронизан дрожью, Томлюсь и чувствую в тиши, как, обезболенному ложью, Мне вырезают часть души.
Можно возразить: а разве советская пропаганда не искажала историю? Да, искажала. Вопрос лишь в том, до какой степени и в каких целях.
Например, Кожинов справедливо возмущался словами Сталина, выступавшего в феврале 1931 года на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «История старой России состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били...» Тут Вадим Валерьянович сделал пропуск. Запомним это обстоятельство. И учтем, что там же у Сталина высказана еще более возмутительная мысль: «В прошлом у нас не было и не могло быть отечества».

Разделяй и властвуй! Разве не такую политику воинствующего империализма демонстрируют они поныне?
Для советской власти в обстановке внутренней нестабильности при враждебном окружении (расчет на мировую революцию и поддержку пролетариев всех стран не оправдался) требовалась консолидация всех сил. Устойчивость нового общества могла обеспечить только правящая партия — как центр кристаллизации прочной государственной системы. Ради этого приходилось действовать жестко, а то и жестоко.
Из подобных соображений исходил Сталин. И не только он один. Это же если не понимали с полной определенностью, то интуитивно чувствовали не только делегаты партийных съездов и большинство членов партии. В народе, измученном социальными и экономическими потрясениями, тоже преобладали такие настроения.
...Постарайтесь мысленно перенестись в Россию начала 1920-х годов, только еще начавшую восстанавливать народное хозяйство и налаживать мирную жизнь. Как можно определеннее и объективней представьте себе состояние культуры и экономики, настроения, господствовавшие в разных социальных слоях, брожение в партийном руководстве и растерянность в рядах членов партии. Необходимо решить, куда двигаться дальше. Как поступить в этом случае? Какую «генеральную линию» предпочесть?
На мой взгляд, тогда партия сделала верный выбор. Он был спасительным для России.
Теперь продолжим мысленный эксперимент и представим себе, что могло произойти, останься Маленков главой Правительства СССР на десять или более лет. Осуществилось бы коллегиальное руководство. Функционеры КПСС не имели бы абсолютной власти. Продолжились либеральные реформы...
Что означает либерализация экономики? Ослабление контроля над предпринимателями, торговцами, разного рода бизнесменами со стороны государства. Создание совместных предприятий с зарубежными партнерами. Внедрение так называемой рыночной экономики. Частная собственность на средства производства, земельные угодья, добычу природных ресурсов. Стремление получать максимальную прибыль при минимальных затратах.
Все это означает полную смену внутренней политики и фактически отказ от марксистско-ленинской коммунистической идеологии. Осуществился бы переход, пускай не резкий, к капиталистическим отношениям.
Что в таких условиях могли предпринять «твердокаменные» ленинцы и тем более сталинцы? Бороться за свои идеалы. Но к тому времени стали набирать вес и влияние другие представители партийной номенклатуры, относящиеся к типу приспособленцев. Они бы постарались использовать изменившуюся ситуацию в своих корыстных целях. Для этого требовалось совсем немного: налаженные связи в условиях переходного периода и принцип «Обогащайся!»
Возможно, в то время, когда значительная часть народа еще не была оболванена буржуазной пропагандой, произошли бы острые схватки в руководстве страны и партии. Реально возникли бы две партии, условно говоря, коммунистическая и капиталистическая..

Во времена Хрущева, а еще чаще при Горбачеве нередко можно было услышать: вот если бы жив был Ленин, все было бы в СССР прекрасно, не было репрессий, а то и войны с фашистской Германией, расцветала бы многопартийная демократия и банковская деятельность, не было бы колхозов, торжествовали бы частная собственность и конкуренция, население бы богатело, рухнул бы «железный занавес», граждане СССР могли бы посещать любые страны...
Примерно об этом, если не ошибаюсь, мечтали диссиденты, академик Сахаров и пр. Например, крупный партийный работник, один из «прорабов перестройки Федор Бурлацкий писал: «Зададимся простейшим вопросом: проживи Ленин еще 10— 20 лет — разве страна прошла бы через те жестокие испытания, которые выпали на ее долю?.. Да никогда в жизни!»
Подобные предположения выглядят по меньшей мере наивными. Если вспомнить, в каком состоянии находилась Россия после Гражданской войны, они покажутся нелепыми.
Представим себе, что могло произойти, если бы Ленин продолжил реализовать свои идеи. Никаких либеральных реформ он бы не проводил (таких планов у него и в помине не было), но почти наверняка постарался бы лишить Сталина его высокого партийного поста, а также поддержать авторитет Троцкого. Владимир Ильич не любил, когда кто-то из его соратников обретал слишком большую власть.
Впрочем, зная характер его болезни, предположение о возможности выздоровления — чистая фантастика. Вполне реалистичен другой вариант. XIII съезд РКП(б) мог принять предложение Ленина и снять Сталина с поста Генерального секретаря. Никаких весомых аргументов против такого решения у Иосифа Виссарионовича не было. Ему пришлось бы уйти в отставку. Он и сам не раз вносил такое предложение. Кто мог занять его место? Наиболее вероятная кандидатура — Троцкий.
Его сторонники могут решить, что в таком случае если не все, то многое в мечтаниях диссидентов могло реализоваться. Во всяком случае, было бы покончено с диктатурой партии, бюрократизмом, зажимом критики и прочими дефектами «сталинизма». Разве не об этом писал Лев Давидович?
Увы, его выступления против сталинской системы была чистой воды демагогией. Он критиковал своего более сильного или, как он полагал, удачливого противника, которого поддерживали, в частности, русские националисты.
Взяв власть в свои руки, Троцкий постарался бы ее удержать. А для этого был только один путь: поставить своих сторонников на все ключевые посты в партии, правительстве, армии, НКВД. Ведь у него среди основной массы членов партии было сравнительно мало сторонников.
Чтобы произвести такую радикальную чистку и значительное обновление управленческого аппарата, где преобладали приверженцы сталинского курса (ведь он подбирал кадры), Троцкому пришлось бы устранять — правдами и неправдами — своих противников. Начались бы острейшие внутрипартийные конфликты. Этим непременно должны были воспользоваться враги РКП(б) и СССР.
Троцкий вряд ли отказался бы от установки на мировую революцию, ограничившись построением социализма в одной стране (такой была стратегия Сталина). Для него даже мирное строительство означало превращение страны в военный и трудовой лагерь. Он предполагал использовать русский народ как средство разжигания мирового пожара (с какой тайной целью — приходится только догадываться). Такая внутренняя и внешняя политика была бы губительной для России — СССР.

Можно вспомнить знаменитую остроту В.О. Ключевского: «всякая власть развращает; абсолютная развращает абсолютно». Это относилось к самодержавию, но с таким же успехом применимо к власти кланов, социальных групп, капитала. В нашем случае такой абсолютной властью в СССР стал обладать партаппарат.
Само по себе это еще не катастрофа. Вопрос в том, какие цели преследует такая власть, какие люди ее осуществляют, чем они руководствуются в своей деятельности. Формально в этом отношении было все в порядке. Идея коммунизма — благородная, отвечающая лучшим чаяниям людей, созвучная учению Христа, — безусловно достойна быть путеводной звездой на пути людей к счастью, справедливости, полноте существования. Но это идеал (антикоммунисты предпочитают слово «утопия»). Он в чистом виде, возможно, неосуществим. Однако разве из этого следует, что к нему не надо стремиться?
В условиях единовластия КПСС в СССР идею коммунизма начали использовать как прикрытие совершенно других устремлений власть имущих. «Элита» сосредоточилась на своих корыстных интересах, что очень быстро стало сказываться на благосостоянии народа. В целом оно продолжало расти в связи с общими успехами народного хозяйства, внедрения новой техники, использования более совершенных технологий.
Но несравненно быстрей увеличивались материальные потребности и благосостояние партийной и хозяйственной (торговой) «элиты». Она стала все более отдаляться от народа. Возникла так называемая «теневая экономика», основанная на спекуляции, организации «дефицита» (с целью наживы), расхищения государственных средств, злоупотреблении служебным положением.
Все более значительная часть номенклатурных работников и их родственников заражалась буржуазными идеалами. А «теневики» создавали все более мощный капиталистический сектор экономики, ориентированный на средства потребления. Все это вместе разрушало, растлевало, заражало изнутри советское общество.
Сыграло свою роль и то, что Хрущев опошлил идею коммунизма, явно солгав, что такое общество будет построено в СССР в 1980-е годы (именно тогда, кстати, партократией был совершен крутой поворот к капитализму!). Мало кто в это верил, и меньше всего те, кто повторял на разные лады глупейшую хрущевскую агитку.
Показательно, что Хрущев и некоторые его сторонники, вроде бы не стремившиеся прежде к роскоши, постарались обзавестись новыми резиденциями на Ленинских горах. Более того, в Сочи и в Крыму для Хрущева были возведены дворцы (его не устраивали сравнительно скромные сталинские дачи). И это, повторим, даже не столько из жажды особого комфорта, сколько в связи с веянием времени, как символические акции, подчеркивающие выход на передний план нового правящего класса. Для него наиболее близок стал давний лозунг Бухарина: «Обогащайтесь!»

Как видим, Хрущев совершенно несправедливо обвинил Берию в преступлении, которого тот не совершал. И заправлял ли Маленков этим делом? Соответствующих документов нет.
Есть основания предполагать, что в нем был замешан сам Никита Сергеевич. Любопытная деталь. На том же пленуме ставленник Хрущева Генпрокурор СССР Руденко обвинил Маленкова в том, что тот поддержал Абакумова, когда тот подал на имя Сталина записку, послужившую началом «ленинградского дела». Маленков возразил:
— Я не имел к этому отношения. Почему с моего ведома, когда Абакумов не был мне подчинен?
Кому подчинялся Абакумов по партийной линии, он не уточнил. По всей вероятности, остерегся назвать имя Хрущева.
Десятилетиями и на Лаврентия Павловича сваливали чужие грехи. «Колобок» Хрущев сумел обхитрить своих соперников и «докатиться» до вожделенного единовластия. С помощью своих соратников и подчиненных он организовал культ своей личноети, хотя в народе о нем отзывались с насмешкой или презрением. Тогда у «простых» людей доставало здравого смысла. Утрачен он был значительно позже...
Конечно, окончательная победа Хрущева в борьбе за власть определилась в результате сложного взаимодействия различных факторов, распределения сил (личных и групповых интересов) в руководстве страны и партии. Но за этими частностями видится главное: переход всей полноты власти над народными массами к новому, уже достаточно хорошо сформировавшемуся господствующему классу. Основу его составила партийная номенклатура, «выходцы из народа», типичнейшим представителем которых был Никита Сергеевич.
Возможно, он даже ясно не сознавал, что является представителем и слугой нового «класса», обладавшего всей полнотой власти и владевшего всем национальным достоянием, которым имел возможность распоряжаться с выгодой для себя. Теперь построение коммунистического общества можно было осуществлять дифференцированно, выборочно: прежде всего для партократии, а уж затем, — когда будут удовлетворены растущие материальные потребности этого класса, — для всех остальных.

Лето 1887 года Владимир Иванович Вернадский, тогда молодой геолог, провел в экспедиции, изучая почвы Смоленской губернии. Впечатление от провинциального быта было тяжелое:
«Вообще среда здесь незавидная, и уезд спит глубоким сном... Вся жизнь этого уезда, вся она, такая монотонная, бесцельная, горемычная и такая гадкая... При размышлении об этой жизни, о ее бесцельности, о ее заглушенности, о ее страдальческой спячке и толчении воды в ступе, становится невольно как-то тяжело, грустно и ужасно».
Для себя он нашел выход из этой тоскливой безысходности — научное творчество. И позже, став знаменитым ученым, историком и незаурядным мыслителем, отметил:
«Вся история науки на каждом шагу показывает, что отдельные личности были более правы в своих утверждениях, чем целые корпорации ученых или сотни и тысячи исследователей, придерживавшихся господствующих знаний».
Такова сила человеческой личности, способной преодолеть сопротивление окружающей среды, превозмочь сложившиеся стереотипы и создавать что-то новое, небывалое, замечательное — в мире духовном и материальном.
А как проявляется личность в истории человечества или, конкретно, нашей страны? Об этом невольно задумываешься, завершая книгу.
Мне приходилось много писать о самых разных выдающихся людях. Но впервые восстанавливаю биографию человека, руководителя великой державы, безусловно исторической личности, которая, как это ни странно, промелькнула в истории России мимолетно, словно не оставив и следа.
О Георгии Максимилиановиче Маленкове весьма скупо упоминается буквально во всех исторических сочинениях. Хотя без внимательного анализа его двухлетнего правления и связанных с этим событий, как мне представляется, невозможно понять историю нашего Отечества во вторую половину XX века, а также причин развала СССР.
К сожалению, не имея его воспоминаний или дневниковых записей, мы вынуждены судить о его убеждениях, мыслях, устремлениях, личных идеалах лишь косвенно, преимущественно по его официальным выступлениям. А в подобных случаях перед нами находится «человек в футляре», вынужденный выдерживать ту роль, которая предопределена его положением в служебной иерархии.
Например, СП. Красиков охарактеризовал его так: «Партийный приват-доцент, или мягкотелый интеллигент». Однако судя по некоторым воспоминаниям, он бывал и совершенно другим. Как свидетельствовал поэт Илья Сельвинский, его в 1943 году вызвали в Москву в ЦК партии. Оказалось, что поводом стало его четверостишие, написанное год назад, в котором были такие строки:
Сама как русская природа, душа народа моего — она пригреет и урода, как птицу выходит его.
«Заседание Оргбюро, — записал Сельвинский, — вел Маленков. эКто этотурод?э — металлическим голосом спросил он. Я начал было объяснять ему смысл этого четверостишия, но он меня перебил: "Вы тут нам бабки не заколачивайте. Скажите прямо и откровенно, кто этот урод? Кого именно вы имели в виду? Имя?" — "Я имел в виду юродивых". — "Неправда! Умел воровать, умей и ответ держать!" Вдруг я понял, что здесь имеют в виду Сталина: лицо его изрыто оспой; мол, русский народ пригрел урода...
Неизвестно, как и откуда в комнате появился Сталин. Неся, как обычно, одну руку в полусогнутом состоянии, точно она висела на перевязи, он подошел к Маленкову и стал тихо о чем-то с ним разговаривать. Насколько я мог судить, речь шла не обо мне. Затем Сталин отошел от Маленкова, собираясь, видимо, возвратиться к себе, и тут взглянул на меня: "С этим человеком нужно обращаться бережно — его очень любили Троцкий и Бухарин..."
Я понял, что тону. Сталин уже удалялся. "Товарищ Сталин! — заторопился я ему вдогонку. — В период борьбы с троцкизмом я еще был беспартийным и ничего в политике не понимал". Сталин остановился и воззрелся на меня напряженным взглядом. Затем подошел к Маленкову, дотронулся ребром ладони до его руки и сказал: "Поговорите с ним хорошенько; надо... спасти человека".
Сталин ушел в какую-то незаметную дверцу, и все провожали его глазами. Маленков снова обратился ко мне: "Ну, вы видите, как расценивает вас товарищ Сталин! Он считает вас совершенно недостаточно выдержанным ленинцем" — "Да, но товарищ Сталин сказал, что меня надо спасти". Эта фраза вызвала такой гомерический хохот, что теперь уже невозможно было всерьез говорить о моем "преступлении".