Наказания для провинившихся «номенклатурщиков»

Что касается наказаний для провинившихся «номенклатурщиков», то и тут не все так просто и ясно, как представил Судоплатов. Во-первых, хотелось бы знать, кто мог быть соперниками Сталина и Маленкова? Вроде бы таковых в природе не существовало. Во-вторых, никогда и нигде не бывало, чтобы наказывали всех без разбору. В-третьих, и это самое главное: почему-то уважаемый генерал КГБ не обратил внимания на то, что уже при Сталине среди номенклатуры распространены были взятки, злоупотребление властью, моральное разложение.
Возможно, тогда коррупция существовала, можно сказать, в зародыше. Но Маленков, которому приходилось внимательно просматривать личные дела номенклатурных работников, не сомневался, что в дальнейшем этот зародыш может превратиться в чудовищного монстра. Как мы потом убедимся, он даже попытался бороться с этой напастью.
Так мы коснулись одной очень важной темы. О ней позже придется поговорить серьезнее. А пока примем к сведению: в середине XX века в нашей стране борьба с коррупцией стала одним из важнейших направлений кадровой политики. Значит, это явление принимало угрожающие масштабы.
Итак, сделаем вывод и повторим: Сталин не мог доверить руководство державой, созданию и укреплению которой посвятил всю свою жизнь, случайному человеку, способному лишь ему угождать и его восхвалять. Не был же вождь до такой степени туп и бездарен.
Рой Медведев со своей позиции антисоветчика утверждает, будто Маленков был, как бы выразился бессмертный Паниковс-кий, жалкой, ничтожной личностью. Мол, «Сталин плохо переносил присутствие возле себя истинно талантливых людей».
Немецкий автор Георг Бартоли в книге «Когда Сталин умер» высказал другое мнение о способностях Маленкова: «Он умен и осторожен, как дикий кот. Один французский политик, который встречался с Маленковым в период его подъема, говорил мне: "Он напоминает мне юного Лаваля". Подобно последнему он соединял в себе острый ум с величайшей осмотрительностью. Джилас, который его раньше встречал, выразился о нем в таком смысле: "Он производит впечатление скрытного, осторожного и болезненного человека, но под складками жирной кожи, казалось бы, должен жить совсем другой человек, живой и умный человек с умными, проницательными черными глазами"».
Вот ведь как получается. Неглупый и весьма осведомленный югославский бывший крупный партийный работник, а затем антисоветчик и приверженец буржуазной демократии Милован Джилас упорно называет Маленкова умным, исходя из личных наблюдений при непосредственном общении, наш историк утверждает нечто прямо противоположное, опираясь на зыбкое основание своих общих соображений и политических пристрастий. Кому доверять?
Повторю: не следует тем, кто выступает в роли историков, брать на себя роль судей. Не их дело — осуждать. Надо стараться осмыслить исторический процесс. К сожалению, с главной задачей историософии — познанием исторического процесса — подобные историки, журналисты, писатели, политики не в силах справиться. Обсуждаются в основном перипетии борьбы отдельных личностей или групп, находящихся в верхних этажах власти, словно все остальные факторы второстепенны. Выносятся оценки государственным деятелям с противоположных позиций: или пропагандиста буржуазной демократии и капитализма, или сторонника народной демократии, социалистической системы.
В результате возникают безумные контрасты. Одни клеймят Сталина и его соратников как закоренелых преступников, необразованных и неумных людей. По мнению других, эти люди обладали незаурядными личными качествами, а их вождь был поистине гениальным руководителем государства.
Некоторым кажется, будто надо ориентироваться на «золотую середину». Однако в подобных сложных вопросах среднеарифметический подход недопустим. Гёте мудро заметил: «Говорят, что посредине между двумя противоположными мнениями лежит истина. Никоим образом! Между ними лежит проблема». Именно ее требуется обозначить и исследовать, не увлекаясь примитивными поисками усредненных вариантов, которые способны удовлетворить лишь посредственные умы.

Теги: