Правда об упомянутом сговоре

Правда, об упомянутом сговоре нет вроде бы никаких прямых или косвенных свидетельств. Во всяком случае Молотова и Ворошилова трудно заподозрить в каких-то интригах. А силу Георгий Максимилианович уже набрал немалую, ибо даже получил право подписи за Сталина как его первый заместитель в правительстве. Кого и по какой причине это могло всерьез тревожить?
По мнению Андрея Маленкова, такими людьми были Берия и Хрущев из-за разногласий с Маленковым по некоторым ключевым вопросам. Первый в своем докладе на XIX съезде партии делал упор на борьбу со шпионами и вредителями. Второй «ухитрился прямо в проект Устава партии внести дух шпиономании и нетерпимости к любым совершенным или даже предполагаемым промахам коммунистов. Объективно говоря, тут Берия получил поддержку. И недаром позже, накануне XX съезда, по распоряжению Хрущева его доклад на XIX съезде был изъят из всех библиотек. Тогда же изъято было и его выступление на XVIII съезде, в котором расписывались успехи в борьбе с "врагами народа" на руководимой им Украине».
С таким мнением можно согласиться лишь отчасти. Проект Устава партии был заранее во всех деталях обсужден со Сталиным и Маленковым. Лукавый царедворец Хрущев не посмел бы внести в Устав даже малейшей отсебятины. Это невероятно. Он лишь «озвучил» ту линию на усиление внутрипартийной дисциплины и повышения ответственности крупных партийных работников, которую определил Сталин. Этот свой доклад он приказал изъять из библиотек потому, что не во всем был согласен с положениями нового Устава, взяв курс на единовластие партийной номенклатуры. Такое объяснение мне представляется наиболее логичным. Ведь именно при Хрущеве в стране была осуществлена диктатура партократии.
«В борьбе с Маленковым, — полагает Андрей Георгиевич, — Берия не мог рассчитывать на поддержку Сталина. Поэтому он решает создать почву для устранения их обоих. С этой целью он раздувает "дело врачей", придав ему зловещую истерическую окраску и размах. Расчет был прост: обвинение кремлевских медиков в умышленно неправильном лечении и отравлении представителей высшей власти: можно безопасно убрать и Маленкова, и Сталина, используя "медицинские методы". Ведь после "дела врачей" легко будет свалить вину за эти убийства на обвиненных ранее и уже разоблаченным "бдительным" Берией врачей.
Отец, как я знаю, сразу же понял смысл этой кампании, но для подозрительного Сталина необходимы были конкретные доказательства — ведь "дело врачей" вел Рюмин, только что назначенный Сталиным заместителем министра ГБ. Поэтому отец поручает С.Д. Игнатьеву неотступно следить за Рюминым и его командой. И уже через месяц Игнатьев докладывает отцу, что у него есть данные, раскрывающие истинный замысел "дела врачей". Маленков и Игнатьев докладывают эти данные Сталину, и тот произносит не оставляющую сомнений фразу: "В этом деле ищите Большого Мингрела" (на мафиозном жаргоне — Берию)».
В этом тексте есть некоторые странности. Оказывается, «подозрительный Сталин» требовал конкретных доказательств. Но ведь это нормальная реакция человека, не страдающего излишней подозрительностью. О Большом Мингреле если и было сказано, то, скорее всего, в связи с «мингрельским делом».

Теги: