Несколько правил

Обстоятельное изучение того или иного объекта предполагает несколько правил. С одной стороны, он рассматривается как бы изнутри, как нечто, состоящее из составных частей (от частного к общему). С другой — как часть какой-то цельной системы (от общего к частному). Желательно провести обзор с различных позиций, обдумывать несколько вариантов объяснений.
Необходимо опираться на факты. Отбор их следует производить не ради утверждения своего мнения, неизбежно предвзятого, а для выяснения истины. Надо обращать внимание прежде всего на факты, опровергающие данную концепцию. Не следует забывать об ограниченности знаний не только собственных, но и всеобщих. Полезно прислушиваться к мнениям авторитетных специалистов, но не доверяя им слепо.
Особенно опасен самообман. Делая обобщения, каждый из нас, любой исследователь исходит из определенного мировоззрения. Исключение составляют откровенные компиляторы или ловкие пройдохи, работающие на своих «заказчиков». Откровенная продажность на интеллектуальном рынке стала одним из принципов эпохи капитализма.
Ныне общественное мнение формируется техногенным образом, т.е. искусственно («технэ», в переводе с греческого, — искусство, ремесло). Для этого используются психотехнологии, чаще всего не слишком изощренные. Еще Геббельс учил, что пропаганда должна быть наглой, постоянной, всеохватывающей, примитивной. Так оболванивают миллионы.
Большинство из тех, кто подвергся такой обработке, искренно утверждают, что скептически относятся ко всему, что сегодня вещают или пишут: мол, у меня своя голова на плечах, сам делаю выводы. Голова-то действительно своя, только вот выводы такой гражданин делает именно те, которые заложены в подсознание психотехнологиями. Именно такова их главная задача.
Впрочем, об этом я не раз писал в своих книгах. Четверть века назад предложил развивать науку психоэкологию, изложив ее основы. Недавно была издана моя «Наркоцивилизация», посвященная средствам воздействия на сознание и подсознание человека. А одна из главных тем, которую я разрабатываю более четырех десятилетий, — история цивилизаций в их взаимодействии с окружающей природой и переход области жизни (биосферы) в область господства техники (техносферу).
Привожу эти сведения для того, чтобы пояснить свое отношение к теме данной книги. Она интересует меня прежде всего как гражданина России. Но исходить приходится из некоторых общих принципов развития (или деградации) общества, цивилизации, культуры. Вот они.
Идеального государственного устройства нет и быть не может. Это предопределяет сама суть государства, где правят отдельные группы или партии. Народовластие осуществимо лишь в ограниченных масштабах. Буржуазная демократия не имеет ничего общего с народовластием, что подчеркивает уже одно ее название.
Идея всеобщего неуклонного прогресса ошибочна и ложна в своей основе. Это доказывает деградация и гибель множества народов, государств, цивилизаций. Глобальная техническая цивилизация современного типа обречена. Ее раздирают внутренние противоречия, а грядущий крах предопределяется непримиримым конфликтом с природой. Нет сомнений, что она останется победителем, ибо вечна, исполнена жизненных сил и могущества, тогда как цивилизации бренны, как и род человеческий.
Не только наша страна, но и все остальные вместе взятые, увеличивающие материальное производство и техническую мощь, усугубляют экологическую ситуацию, истощая природные ресурсы и загрязняя окружающую среду. Одновременно формируются новые типы людей, которые я называю техногенными: разновидности неутолимых потребителей материальных ценностей, приспособленных к условиям существования в техносфере. Таков объективный процесс. Преодолеть его необычайно трудно. Тем более что ему соответствуют идеалы буржуазной «демократии», нацеленные на личную выгоду, максимальный комфорт при ничтожных духовных потребностях.
Не хотелось бы признавать неизбежность постыдного краха человечества. Должна оставаться надежда. Были и есть замечательные представители рода человеческого, остаются великолепные памятники культуры и творческого энтузиазма.
Впрочем, довольно рассуждений. Речь пойдет о конкретных датах, людях, событиях. Какими бы ни были общие соображения, они остаются за пределами повествования.