Положение тех государственных деятелей

Теперь представим положение тех государственных деятелей, которым суждено было продолжать руководить страной после смерти Сталина. Они не имели такого авторитета в народе, как он. А приходилось брать на себя ответственность за все происходящее. Конечно, можно было, по примеру Сталина, декларировать как продолжателя дела своего великого предшественника. Но это не избавляло от внутренних разногласий. Каких?
Если бы противоречия существовали только между несколькими лидерами, то никаких острых и тем более кровавых конфликтов не могло быть. Всегда можно принять компромиссные решения, согласиться с мнением большинства, в крайнем случае, уйти в отставку. Разве были у тех лиц, кто тогда находился на вершине власти, такие неистово сильные и принципиальные теоретические убеждения, за которые стоило пожертвовать жизнью? Таких убеждений у них не было.
Полагаю, вообще вряд ли кто-либо, находясь в здравом уме, отдаст жизнь за какую-либо теорию. (В связи с этим стоит напомнить судьбу Джордано Бруно, якобы казненного за то, что он не пожелал отказаться от теории Коперника. Но в действительности коперникианцем Бруно не был. Он верил в существование множества обитаемых миров; в то, что центр мира везде, а окружность нигде. Так считал, в частности, епископ Николай Кузанс-кий. Бруно предлагали покаяться и отказаться от своих трудов, убеждений, не сводимых к астрономическим концепциям.)
Итак, у «наследников Сталина», продолжателей его дела не могло быть непримиримых теоретических разногласий. Если и были какие-то споры, то они не затрагивали чувства собственного достоинства, не касались конкретных личностей, а относились к поиску путей развития державы, то есть к вопросам дискуссионным, отчасти даже футурологическим.
Однако есть один аспект теории государственного устройства, который имеет непосредственное отношение к судьбам и благосостоянию многих тысяч или даже сотен тысяч людей, занимающих более или менее крупные государственные, хозяйственные, партийные должности. О том, что в данном случае речь идет именно о кровных интересах, свидетельствуют реалии последних двух десятилетий, когда у нас восторжествовала буржуазная идеология (принцип: обогащайтесь кто как может!) и сложились капиталистические отношения, неизбежно сопряженные с коррупцией. Сразу же начались массовые «отстрелы», связанные с дележом национальных богатств.
Следовательно, дело не в том, кому принадлежит власть как способ управления, а в том, кому и как она, эта власть, предоставляет возможности для нетрудового обогащения. И это понимал Сталин. Он на собственном примере, отчасти даже, пожалуй, назидательно демонстрировал свое неприятие богатства и роскоши. И это определялось не только его коммунистическими убеждениями и привычками, но также государственными интересами.
Сталин хорошо знал труды теоретиков анархизма, а потому вряд ли не отметил мысль, высказанную М.А. Бакуниным в связи с разложением российской аристократии: «Героические времена скоро проходят, наступают за ними времена прозаического пользования и наслаждения, когда привилегия, являясь в своем настоящем виде, порождает эгоизм, трусость, подлость и глупость. Сословная сила обращается мало-помалу в дряхлость, разврат и бессилие».
Запомним эти слова. И учтем, что Сталин не только теоретически, но и на деле убеждался, что привилегии номенклатурных работников создают условия для злоупотребления властью и стремления к обогащению максимальному, сверх всякой меры. Не он один это понимал. В частности, Фейхтвангер отмечал (в книге «Москва, 1937»), что в среде советских граждан «развивается известное мелкобуржуазное мышление, весьма отличное от пролетарского героизма». Сталин читал эту книгу и, безусловно, обратил внимание на это предупреждение.
Как видим, Маленкову было доверено серьезнейшее, ответственное дело: подбор высших партийных и государственных кадров, а также их проверка и ротация с целью профилактики коррупции. Стало быть, в его честности и добросовестности Сталин не сомневался. И для этого имелись веские основания: ведь поведение каждого крупного руководителя контролировали не только органы внутренних дел, партийные организации, но и личная разведка вождя. Кроме того, в те времена очень внимательно относились к «сигналам прессы» и к письмам трудящихся, вскрывающим недостатки советской власти на местах.

Теги: